Впервые после Второй мировой войны крайне правые популисты из партии «Альтернатива для Германии» прошли в бундестанг
REUTERS/Ralph Orlowski

Впервые после 1945 года крайне правые прошли в бундестаг. Популистская партия «Альтернатива для Германии» (АдГ, AfD) набирает около 12,5% в среднем по стране, а в бывшей ГДР — почти 23%. Что известно о контактах немецких крайне правых с Россией и какую роль на этих выборах сыграла русскоязычная комьюнити в интервью RFI рассказал политолог, специалист по отношениям европейских крайне правых с Москвой Антон Шеховцов.

Антон Шеховцов о русском факторе на выборах в бундестаг

25/09/2017

Слушать

RFI: Что известно об отношениях АдГ с Россией, с российскими властями? Если есть эти контакты, то какого они уровня, насколько они официальны и насколько они афишируются?

Антон Шеховцов: Я думаю, что «Альтернатива для Германии» хотела бы более тесных взаимоотношений с представителями из России. Насколько я помню, несколько лет назад шла речь о том, чтобы подписать договор между молодежной «Альтернативой для Германии» и «Молодой гвардией» «Единой России». Шли такие разговоры, но я не знаю, было ли официально подписано какое-либо соглашение. Давно уже были слухи о том, что каким-то образом «Альтернатива для Германии» получает поддержку из России, но я не встречал каких-либо убедительных доказательств, что такая поддержка существует.

Вы имеете в виду финансовую поддержку?

Финансовую поддержку, да. Но я не видел доказательств, которые бы действительно свидетельствовали об этом. С другой стороны, я повторюсь, что «Альтернатива для Германии» хотела бы более тесных отношений. Особенно из-за того, что они попытались — и мне кажется, довольно успешно — апеллировать к русскоязычным немцам или, скажем, выходцам из Советского Союза. Эта кампания у них, мне кажется, была достаточно удачной, особенно летом и в начале сентября.

Вы говорите, что они хотели бы иметь более тесные контакты с Москвой, но почему этого пока не получается? В Москве не хотят?

Я думаю, что причина как раз именно в Москве. Потому что основными партнерами Кремля в Германии являются скорее социал-демократы. Кремль всегда исходит из национальных контекстов, (когда решает) кого поддерживать, а кого нет. Конечно же, господин Шредер по-прежнему имеет вес в Социал-демократической партии Германии. В Кремле не хотели бы, мне кажется, ослабления социал-демократов. Это их основные партнеры. У AfD нет шансов на вхождение в правящую коалицию, а у социал-демократов всегда эти шансы были. Я думаю, сейчас для Кремля большое разочарование, что социал-демократы объявили, что уходят в оппозицию.

То есть в Кремле не видят у крайне-правых в Германии реальных перспектив прихода к власти?

Я думаю, что не видят. Контакты будут сохраняться. Это довольно часто происходит, например, в Австрии крайне правая «Австрийская партия свободы» сделала четкий пророссийский, пропутинский поворот в 2007–2008 годах, но смогла подписать договор о сотрудничестве с «Единой Россией» только в декабре 2016 года. И только потому, что в Кремле подумали, что их основные партнеры в Австрии — консервативная Народная партия и социал-демократы — находятся в свободном падении, возможно, что их поддержка уменьшается, а крайне правые стали достаточно сильной партией. Только поэтому они решили оказать им политическую поддержку.

Контакты с «Альтернативой для Германии» будут сохраняться. Их представители относительно часто ездят в Крым в попытке легитимации аннексии Крыма. Представители партии участвуют в различных конференциях, которые проводятся в России. То есть такие контакты будут сохраняться.

В чем особенность партии «Альтернатива для Германии» по сравнению с другими крайне правыми партиями в Европе, с тем же французским «Нацфронтом»?

Я думаю, одна из причин, почему AfD удалось получить достаточно высокий результат, особенно для Германии, это то, что изначально она не была крайне правой партией. Был правый раскол в CDU (ХДС). Люди, основавшие AfD, просто вышли из ХДС и сделали свою партию. Она не была крайне правой, она была мягкая евроскептичная. Она не была против Европейского союза, она была против, возможно, участия Германии в зоне евро. Ее возглавлял Бернд Лукке, который, я бы сказал, атлантист. То есть он за поддержание хороших отношений с Соединенными Штатами Америки. Он не был пропутинским вообще никогда.

Но из-за серии революций внутри партии она постепенно стала откровенно крайне правой. Но тот факт, что изначально она не была крайне правой, сделал ее легитимным игроком в немецком политическом пространстве. Это отличает ее от многих других крайне правых партий в Европе, которые имеют скорее фашистские корни, а потом стали более умеренными крайне-правыми популистами. «Альтернатива для Германии» наоборот не была крайне правой, а потом радикализовалась.

«Альтернатива» еще и молодая партия по сравнению с другими.

Череда внутрипартийных революций указывает на ее молодость: она еще не устоялась. Бернд Лукке был вынужден уйти после того как Фрауке Петри пришла к власти в партии. Потом ее сменил Александр Гауланд. И сейчас Фрауке Петри недовольна. Она даже менее радикальная, чем Гауланд. Сегодня она покинула пресс-конференцию руководства AfD, не собирается идти в бундестаг, насколько я понимаю.

Раскол оформился уже более официально.

Да. Интересно, что последние заявления Гауланда о роли и памяти участия Германии во Второй мировой войне были достаточно жесткими. В «Национальном фронте» примерно за такие же вещи Жан-Мари Ле Пен был изгнан собственной дочерью из партии.

Хотелось бы вернуться к русскоязычному электорату. Вы отметили, что АдГ ставила на русскоязычную комьюнити в том числе. Насколько серьезную и весомую роль русскоязычные немцы сыграли на этих выборах?

Я думаю, что полтора процента они добавили «Альтернативе». Насколько мне известно, в Германии проживает чуть более миллиона выходцев из Советского Союза, прежде всего из России и из Казахстана. Мне кажется, «Альтернатива» провела очень успешную кампанию по мобилизации в свою пользу вот этих выходцев.

Чем объясняется такая популярность этой партии среди выходцев из бывшего СССР?

Эта партия четко прокремлевская, националистическая. Есть некоторая идейная близость к выходцам с постсоветского пространства. Уровень ксенофобии среди этих людей выше, чем, скажем, у коренных немцев. Образования и культура в ФРГ и Российской Федерации или в Казахстане очень отличаются. В Германии существовало некоторое табу на какие-либо позитивные оценки национализма в принципе. В России такого нет. Но сейчас сломался этот антинационалистический консенсус. Прежде всего, конечно, из-за кризиса с беженцами в 2015 году и решения Меркель открыть границы.

Русскоязычная комьюнити Германии в этом смысле гомогенная? Они прямо массово поддерживают крайне правых?

Многие, скажем так, проголосовали за «Альтернативу». В последние месяцы перед выбором некоторые представители русскоязычной комьюнити попытались помешать этой мобилизации: они не хотели, чтобы всех русскоязычных немцев представляли в качестве электората «Альтернативы». Но это все-таки меньшинство.

  • print

Национализм

Источник http://ru.rfi.fr/rossiya/20170925-russkii-faktor-na-vyborakh-v-germanii-moskva-i-nemetskie-kraine-pravye