2 ноября 2016, 08:18
Фото: кадр из видео
Текст: Андрей Резчиков,
Юрий Зайнашев

Детский омбудсмен Анна Кузнецова обозначила новую проблему: отцы-исламисты вывозят своих детей из России на территории, контролируемые ИГИЛ. Вернуть таких детей к обычной жизни потом могут только высококлассные психологи. Остановить же террористический «импорт» законодательно крайне трудно и чревато злоупотреблениями. Опыт ряда стран в этой области России не подходит, но остается надежда на участковых.

«В мой адрес стали поступать обращения граждан, в основном, конечно, матерей, которые разыскивают своих детей, увезенных их мужьями в ИГИЛ*», – рассказала омбудсмен в Туле, выступая на научно-практической конференции «Защита детей от информации, причиняющей вред развитию и здоровью». Причем, уточнила Кузнецова, данные семьи проживают и в отдаленных от Северного Кавказа регионах, которые считаются благополучными в идеологическом плане.

«Надо просто понимать, на что ты идешь, раз ты рожаешь ребенка от мусульманина. Это межцивилизационный брачный альянс»

Омбудсмен добавила, что интернет остается одним из способов вербовки детей и подростков со стороны экстремистских, террористических организаций. Кузнецова пообещала обсудить информационную безопасность детей с руководителями соцсетей. «Будут проведены встречи с руководителями социальных сетей – «ВКонтакте», «Одноклассники», где мы будем также проговаривать уже непосредственно вот эту ситуацию», – цитирует Кузнецову РИА «Новости».

Напомним, в августе Центр общественных связей ФСБ сообщил о пресечении деятельности интернет-сообщества «Рохнамо», пропагандировавшего террор и вербовавшего боевиков в «Исламское государство*», обыски прошли в трех областях Урала.

Отъезд в ИГИЛ вместе со своими несовершеннолетними детьми сами будущие боевики, разумеется, не афишируют. У такого явления на Западе даже возник живой символ – бывшая британская панк-рокерша Салли Джонс, ныне – самая разыскиваемая террористка мира. Правда, Джонс добровольно уехала в Сирию, прихватив сына – девятилетнего Джо. Как писала в прошлом месяце газета ВЗГЛЯД, на одном из форумов 45-летняя Салли познакомилась с хакером из Бирмингема 19-летним Джунаидом Хуссейном. Слово за слово, началась любовь. Хуссейн оказался истовым джихадистом, позвал Салли в Сирию и замуж.

Что касается России, то известно, что в начале прошлого года житель Чечни Рустам Товсултанов сбежал в ИГИЛ, взяв с собой всех своих детей: полуторагодовалую дочку Ясмину, пятилетнюю Хадижу и девятилетнего Эмира. С ним отправилась и его новая жена Хава, однако Эмир – сын Рустама от первого брака с петербурженкой, тоже уроженкой Чечни Лизой Абдулаевой. С тех пор Лиза, историю которой рассказала «Комсомольская правда», ничего не знает о сыне.

В России также широкую известность приобрела история студентки МГУ Александры Ивановой (она же – Варвара Караулова), которая тоже попыталась попасть в ИГИЛ, когда влюбилась в боевика. Суд по ее делу продолжился в Москве во вторник. Правда, Караулова пыталась сбежать в Сирию, уже будучи совершеннолетней.

К чему стремятся создатели «Исламского государства»Подросток «мог подвергнуться зомбированию»

Ответственный секретарь СПЧ, председатель координационного совета Всероссийской общественной организации «Союз добровольцев России» Яна Лантратова сообщила газете ВЗГЛЯД, что подобные обращения поступали и в СПЧ, поэтому Кузнецова правильно сделала, подняв эту проблему. Она не исключает возможности детей вернуться к нормальной жизни после пребывания в ИГИЛ, правда, каждый случай индивидуален и общего рецепта нет. «Если ребенок маленький, то у него может быть психологическая травма, нужна помощь психологов. Если это подросток, он мог подвергнуться зомбированию. Есть опасность, что реабилитировать его смогут только очень высококачественные специалисты», – сказала Лантратова газете ВЗГЛЯД, добавив, что этой проблемой надо заниматься только в связке с правоохранительными органами.

В свою очередь член президентского Совета по правам человека (СПЧ) Максим Шевченко напомнил о нормах ислама, согласно которым ребенок в случае развода остается с отцом, с его родом, если только он не очень маленький. И если, например, из Дагестана отец, к сожалению, выбрал путь террора, если решил отправиться вместе с ребенком в Сирию, то вернуть ребенка оттуда уже физически невозможно, полагает эксперт.

«Я не знаю, что это за матери, которые жалуются Кузнецовой. Но если такие случаи отъезда есть, то я не вижу сценариев, как этих детей можно потом вернуть. Вряд ли они вообще говорят еще по-русски, там в основном по-арабски общаются», – сказал Шевченко газете ВЗГЛЯД.

Экстримизм

Источник http://vz.ru/society/2016/11/2/841361.html

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar