28 декабря 2015, 14:20
Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •

  •

Сообщить об ошибке  •

По сути, предвыборная кампания уже началась. В новой, седьмой по счету Думе сложится и новое большинство – само понятие «партия власти», во многом искусственное, будет заменено на широкую коалицию, поддерживающую президента Путина.

Официально кампания начнется летом – выборы пройдут 18 сентября, и назначить их нужно не позднее чем за три месяца. Но уже сейчас партии вовсю ведут подготовку – нужно будет провести праймериз, съезды, подготовить штабы в округах.

«Сам институт политических партий появился и расцвел на Западе в 19-м веке, а его золотым веком был 20-й – он же оказался и лебединым»

На этих выборах конкуренция точно будет выше, чем на прежних – возвращаются выборы депутатов от территорий, а не только по партспискам, да и партий в этот раз будет побольше. Если в прошлый раз участвовало семь партий, то сейчас можно ожидать и вдвое больше. Хотя шансы на прохождение в Думу сейчас есть только у четырех нынешних парламентских партий, все же и снижение барьера (он снова установлен на пяти процентах), и возможность выдвижения кандидатов в округах привлечет малые партии. Но главная интрига не в этом, а в том, как скажется ухудшение экономической ситуации и напряженная международная обстановка на результатах выборов.

При этом не идет и речи о возможности появления Думы, враждебной Путину, то есть повторения ситуации 90-х с противостоянием парламента и Кремля – не потому, что «все схвачено», а потому, что все четыре парламентские партии, по сути, поддерживают президента. Да, они в основном едины в отношении его внешнеполитического курса и в признании его личных заслуг в руководстве страной – при критическом отношении оппозиции к экономическому курсу правительства, кадровой политике или вообще социальному строю (как у КПРФ). Но у нас президентская республика, и поэтому именно глава государства решает, кому поручить формирование правительства и какую экономическую программу ему выполнять.

При этом, естественно, Кремль исходит из того, что правительство должно иметь стабильную поддержку большинства в парламенте, иначе не только не удастся утвердить премьера, но и невозможно будет принимать бюджет и необходимые законы. После 2012 года Владимир Путин, получив опыт работы премьером, начал гораздо плотнее работать с правительством – по сути, президент стал сверхпремьером.

Постепенное ухудшение международной обстановки помешало закрепить складывавшуюся первые полтора года третьего срока практику. Путину пришлось все больше становиться верховным главнокомандующим, и работа кабинета вернулась в прежнее русло. Но это не означало дистанцирования президента от правительства – даже после начала экономических трудностей Путин по-прежнему брал на себя ответственность как за курс, так и за состояние дел в экономике.

Можно было бы сказать, что, по сути, он делится своим авторитетом с Кабинетом министров – если бы Путин мыслил как политик, а не как государственный деятель, то есть воспринимал бы правительство как нечто отдельное, занимающееся тем, что «не приносит рейтинга». Но для Путина правительство точно такой же инструмент президентской власти, как и Совет безопасности, ставший в последние годы реальным новым «Политбюро», то есть высшим коллективным органом, обсуждающим и принимающим важнейшие решения.

И совсем другое дело – Государственная дума. Будучи отдельным, независимым от президента органом власти, она может выступать в качестве как младшего партнера или союзника Кремля, так и в качестве его оппонента или даже противника. Дума формируется по партийному принципу, но за четверть века после ликвидации однопартийной системы (в которой КПСС, конечно же, выполняла функции не партии, а одного из несущих элементов вертикали государственной власти) и развития многопартийности формирования устойчивой партийной системы так и не произошло. Это не вина власти и не беда России – просто сам институт политических партий появился и расцвел на Западе в 19-м веке, а его золотым веком был 20-й.

Но он же оказался и лебединым. Когда принималась российская конституция 1993 года, многим в тогдашней правящей постсоветской элите многопартийность казалась волшебным западным рецептом наподобие «невидимой руки рынка» – соответственно и в нашем Основном законе заложена обязательность выборов в Госдуму от политических партий. Разочарование народа в политических партиях, осознание того, что это такой же инструмент манипуляции массовым мнением, как СМИ, наступило достаточно быстро – но власть честно пыталась выращивать эту самую заморскую диковину. Как в виде партий власти, так и оппозиции – особенно интересно было наблюдать за тем, как все нулевые годы западники во власти пытались создать хоть какую-нибудь либеральную партию, способную преодолеть пятипроцентный барьер.

Санкции

Источник http://vz.ru/columns/2015/12/28/785876.html

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar