18 ноября 2016, 11:36
Фото: Yin Gang/Zuma/Global Look Press
Текст: Виктория Никифорова

России хорошо известна схема, когда обвиненный в коррупции политик, бизнесмен или банкир вместе с деньгами сбегает на Запад (чаще – в Лондон), где получает политическое убежище. Эта проблема актуальна и для Китая, но в КПК нашли эффективное решение, получившее название «Охота на лис». Так на родину вернулась Ян Сючжу – номер один в китайском списке разыскиваемых коррупционеров.

Ян Сючжу скрывалась от китайского правосудия 13 лет. В 2003 году она сбежала из страны после того, как власти завели на нее дело по обвинению во взяточничестве. На посту вице-мэра города Вэньчжоу она похитила около 40 млн долларов, долго скрывалась в Европе и США, пыталась представить себя жертвой китайского режима, однако так и не смогла получить политическое убежище. После долгих переговоров с представителями китайской прокуратуры и Дисциплинарного комитета КПК Сючжу согласилась вернуться домой и предстать перед судом. Ее возвращение – очередной успех китайских «охотников на лис».

«Большинство мер, вполне действенных в случае китайских взяточников, к сожалению, слишком экзотичны, чтобы перенимать их в других странах»

«Охота на лис» – это ежегодная операция по розыску и возвращению на родину беглых коррупционеров. Она проводится в рамках еще более масштабной кампании «Небесная сеть». Все эти впечатляющие названия не только призваны разрекламировать на весь мир борьбу Компартии с коррупцией (имидж КПК в этом плане за последние годы значительно испортился). Это еще и форма «психологической атаки» на беглых взяточников.

Главная проблема с поиском финансовых преступников в том, что бегут они чаще всего в США, Канаду и Австралию, то есть в те страны, с которыми у Китая нет действующего договора об экстрадиции подозреваемых, а значит, нет и юридических рычагов воздействия на их правительства. Иногда помогает сотрудничество с Интерполом, но гораздо чаще представители Интерпола отказываются организовать розыск беглецов за недостаточностью собранных доказательств.

Разумеется, проворовавшиеся чиновники хором утверждают, что «кровавые коммунисты» преследуют их по политическим мотивам. К делу подключаются местные правозащитники, считающие, что китайцев нельзя выдавать на родину уже потому, что их там будут пытать, а в перспективе казнят (высшая мера в отношении коррупционеров в КНР действительно применяется). В конечном счете «охотникам на лис» приходится проявлять чудеса изобретательности, чтобы добиться возвращения коррупционеров на родину.

Противоречия в развитии КитаяТщательно засекреченным и высокооплачиваемым сотрудникам китайской прокуратуры и полиции, работающим в рамках «охотничьей» программы, необходимо в совершенстве знать несколько иностранных языков, уметь перевоплощаться, обладать навыками психологического воздействия. Собственно, по профессии они нечто среднее между разведчиками и коллекторами.

«Охотники на лис» приезжают в другие страны под вымышленными предлогами – чаще всего как туристы. Они вычисляют семью и окружение беглого преступника и всячески уговаривают их повлиять на взяточника. Однако «охотники» никогда не нарушают законы страны пребывания. Обычно их цель – раздобыть доказательства незаконного вывода средств из Китая в сотрудничестве с местными банками и отправить преступника домой в сотрудничестве с местной полицией. Часто в процессе переговоров беглец понимает, что ему будет выгоднее вернуться в Китай и договориться с властями.

Коррупция

Источник http://vz.ru/world/2016/11/18/844361.html

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar