Андрей Рудалёв, публицист, литературный критик  
8 мая 2017, 10:00
Фото: личный архив

Всем известна набившая оскомину фраза про ложь, наглую ложь и статистику. А все потому, что цифры – оружие спекуляции. В последнее время целые спекулятивные фронты развернулись по двум основным историческим направлениям: потери Советского Союза в Великой Отечественной войне и количество жертв репрессий.

«Правда необходима и для разделения героев и предателей, которые оказались вписанными в общий ряд»

Мертвые не отвечают. В пропагандистских бухгалтериях их суммируют, прибавляют и пасуют, руководствуясь исключительно благими намерениями. С одной стороны, большие цифры поражают воображение, а с другой – внушают комплекс вины и неполноценности, форматируют историю.

Так, чем дальше от события, тем больше росли оценки потерь СССР в Великой Отечественной войне.

Во времена Союза общество практически свыклось с гигантской цифрой – 20 миллионов. Но дальше объяснили, что все кругом было неправдой и большевики скрывали реальные потери. Определенный консенсус был достигнут 27 миллионами, о которых сказал в свое время Горбачев, но с уточнением, что это далеко не окончательный вердикт.

Буквально недавно, будто из рукава фокусника вытащили новую цифру потерь – 42 миллиона. Стратегия на увеличение якобы должна заслуживать доверие. Логика проста: раньше скрывали правду, и вот она постепенно просачивается.

Эту «уточненную» цифру в интервью «Новой газете» комментировал «историк» Борис Соколов. Надо полагать, что это тоже промежуточный итог, дальше будет больше, а значит «правдивее».

Для чего это делается? Чтобы показать масштабы трагедии? Едва ли, ведь и советский консенсус в виде 20 миллионов – это запредельная цифра.

Ответ напрашивается простой: нужна иллюстрация для идеологических клише о Великой войне. Таких, как тезис о безграмотном руководстве, приведшем к огромным жертвам и утверждению, что победили, закидав трупами, то есть не умением, а выкладывали дорогу к победе телами своих граждан.

Помните эпизод из фильма Никиты Михалкова, где красноармейцы идут в атаку с березовыми кольями? Вот как-то так. 

Преступный режим, мало чем отличимый от гитлеровского, не считается с жизнями людей, они для него – винтики или летящие в разные стороны щепки – это основной постулат, через призму которого нам стали рассказывать историю Великой Отечественной. В истерике доходили и до того, что победителей называли «сталинскими рабами».

Екатеринбургский историк Сергей Беляков опубликовал в журнале «Новый мир» (2017, № 2) совершенно неангажированное и блестящее исследование «Военная тайна» с подзаголовком «Можно ли подсчитать потери Советского Союза в Великой Отечественной войне?»

Мифы и правда о Великой ОтечественнойПо мнению исследователя, потери в войне не могут быть больше 19,5 миллиона человек, а в реальности, судя по всему, составили порядка 13–16 миллионов. «Точнее ответить вряд ли возможно», – заключает Беляков.

Во-первых, исследователь подвергает критике данные о численности населения страны на начало войны, которые служат основой для многих демографических подсчетов.

По его словам, довоенный Союз – «страна на колесах», что крайне мешало точности подсчета. Были и определенные основания для завышения, чтобы показать рост численности как признак приближающегося благоденствия.

Обозначены вопросы по количеству военнопленных, кто из них не вернулся обратно в страну, а эмигрировал, или кто вернулся, числился пропавшим без вести, а потом повторно был призван на фронт.

Вызывает вопросы и соотношение военных и гражданских потерь, которые оцениваются 1:3, отсюда и закономерное сомнение: находиться на оккупированной территории было в три раза опаснее, чем на передовой? Разве такое возможно?

Это же касается и количества не вернувшихся граждан Союза, вывезенных на работы в Германию. Возникает вопрос: под каким знаменем воевали? Получается, что все жители СССР как один сражались против фашистской Германии и ее союзников, а это не так. Можно ли записывать в списки потерь предателей, коллаборационистов, бандеровцев, «лесных братьев»?

«Почему-то никто не задавался вопросом: а в потерях какой армии и какой страны учтены погибшие солдаты РОА и партизаны из отрядов УПА*?», – спрашивает Беляков. Приводит пример, как в Крыму местные жители сожгли красноармейцев-разведчиков. Те, которые сжигали, – это тоже наши потери?

Репресии

Источник http://vz.ru/opinions/2017/5/8/869240.html

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar